Однажды вечером в дверь ее квартиры позвонили. Люба даже не догадывалась, что произошло. А потом...

юбовь была невезучей женщиной. Вот вроде всё у нее было — глубокий взгляд бархатно-карих глаз, хорошая фигура, ум и покладистый характер. Но не везло — муж умер по молодости от несчастного случая на работе, а сын Вовка вырос хулиганом и балбесом.
Люба никак не могла понять, в какой момент она упустила сына. То ли тогда, когда работала на двух работах, то ли когда засыпала на ходу, не спрашивая вечером у сына, как у него дела. В пятнадцать лет Вовка связался с плохой компанией — грозой их микрорайона. А сейчас, в восемнадцать, как итог — путевка в места не столь отдаленные.
Словно рыба об лед, билась Люба в бессилии помочь сыну. Но денег на взятку судье у нее не было, да и на хорошего адвоката тоже. Видимо у других фигурантов этого дела они были, так как из пятерых человек осудили только Вовку. Дали парню целых пять лет.
После суда женщина заметно сникла и постарела лет на десять. Всё, за что бы она не бралась, всё валилось у нее из рук. Жить не хотелось. Красивые карие глаза ввалились, как у старухи.
Однажды вечером в дверь ее квартиры позвонили. На пороге стояла пожилая женщина с маленьким ребенком на руках.
“Кого Вам нужно?” — спросила Люба. «На», — сказала пришедшая и протянула Любе ребенка. Та машинально взяла маленького в руки.
“Это Вовки твоего девка. Дочке моей ребенка сделал, а сам того. Мне зять уголовник не нужен,” — выпалила незнакомка и, развернувшись, ушла.

А Люба от шока была не в силах выдавить из себя ни слова. Женщина закрыла дверь и стала рассматривать ребенка, который начал хныкать. Это была девочка, на вид месяцев пять-шесть. Она явно была голодна да и подгузник давно требовал смены.
Люба не знала что делать. В конце-концов она одела ребенка и побежала в ближайший супермаркет. Наскоро набросав в тележку смесь и подгузники и бутылочку, женщина оплатила покупки и вернулась домой. Девочка жадно насосавшись, уснула.
А Люба села строить планы на завтра. Она вспомнила о своей двоюродной сестре, которая работала директором детского дома и позвонила ей. Тая приехала незамедлительно — слишком взволнованным был голос Любы по телефону. А когда услышала и увидела доказательства Вовкиного отцовства, села рядом. Думать, что делать.
К утру план у сестер вырисовался. Тая, как директор детского дома, оформляет девочку задним числом. Люба подает заявление об усыновлении. Тая помогает с характеристикой, договаривается с опекой.
Через месяц девочка была уже дома. А Люба оформила отпуск по уходу за ребенком. Сонечка была очень похожа на Вовку в детстве.
Тот же нос, та же улыбка. И ужимки те же. С появлением внучки, а по документам дочки, Люба расцвела. Девочка словно спасла ее от плохих дум, от одиночества и невезучести.
Через три с половиной года Вовку выпустили по УДО за хорошее поведение. Люба встречала его с подросшей Сонечкой. Она с самого начала рассказала малышке, что является ей бабушкой и что папа пока далеко, но любит ее.
А потом они счастливо зажили втроем. Вовка сильно изменился. Устроился на работу и каждый вечер торопится домой, где его ждут любимые мама и дочка.