Поделилась с бомжом, а он отплатил ей… Глядит — сидит на паперти мужичок. Сам молодой, но видно, что оборвыш...

Варфоломеевна почитай уже лет двадцать была на пенсии. Но активный образ жизни вести не перестала. Летом ходила по стадиону с двумя палками, а зимой на лыжах каталась. Как могла. Зато на здоровье не жаловалась.
Жаловалась на пенсию. Отработав практически всю жизнь, лет с двенадцати, она получала сущие гроши. Но горевать было некогда, жизнь шла своим чередом.
Кормила кошек, которые жили в подвале, голубей, которые жили и гадили где попало. В общем жила.
Как-то наша бабулька шла домой с главпочтамта. За пенсией ходила, ее родимую и несла. Шла мимо церкви и остановилась перекреститься.
Глядит — сидит на паперти мужичок. Сам молодой, но видно, что оборвыш.
У его ног лежала табличка — “Подайте слепому на батон хлеба и банку консервов”. Варфоломеевна пригляделась — мужичонка и вправду смотрел в одну точку.
Женщина она была жалостливая. Постояла, подумала. Отсчитала половину пенсии и мужичку в коробку положила. На квартплату ей хватит и ладно.
Месяц на своем запасе круп дотянет. А человеку нужнее. И пошла восвояси.
А минут через десять догнала ее толпа людей. Все с камерами да с фотоаппаратами. Бегают вокруг нее, чего-то чирикают. Хотела отмахнутся от них пенсионерка, да подошел к ней тот самый слепой.
Зрячий уже.
Объяснил, что она невольно поучаствовала в социальном эксперименте по выявлению количества сердобольных людей в их городе. За четыре часа эксперимента она была первой и единственной. Ей полагался приз — путевка в санаторий.
Варфоломеевна буркнула что-то неразборчиво, забрала свою ненужную “слепому” пенсию и пошла себе потихоньку.
Эксперимент, понимаете ли. У нее еще кошки не кормлены.